Главная » ИНВЕСТИЦИИ » Будущее экономики Беларуси: выживание или устойчивый рост

Будущее экономики Беларуси: выживание или устойчивый рост

В своем ежегодном послании парламенту и народу президент Беларуси заявил, что негативные тенденции последних лет вроде бы преодолели, по росту валового внутреннего продукта выходим из двухлетней рецессии, а полученные результаты превосходят то, на что были настроены годом ранее.


Фото из архива Александра Готовского

При этом 2 марта на совещании по подведению итогов прошлого года главой государства был задан правительству вопрос о том, что скрывается за средними цифрами. Было озвучено, что, по мнению некоторых должностных лиц, чуда пока не произошло — на улучшении ситуации в стране сказались подросшие цены на нефть и оживление спроса в России.

Эти заявления, задания по повышению средней заработной платы до тысячи рублей оставили много вопросов о факторах и устойчивости экономического роста Беларуси, а также неприятный осадок, еще больше усилившийся в свете последних событий с российским рублем.

Факторы внутренние или же внешние

Наибольший вклад в экономический рост Беларуси в 2017-м и первом квартале 2018 года был сделан промышленностью. Это 1,5 п.п. из 2,4% увеличения ВВП в 2017 году и 2,4 п.п. из 5,1% в первом квартале 2018-го.

Определить, внутренние или же внешние факторы являются основными в промышленном росте, с ходу не так-то и просто. Росли почти все секторы, потребляющие белорусскую промышленную продукцию, начиная с внутреннего розничного рынка и инвестиций в машины, оборудование, транспортные средства и заканчивая экспортом (все показатели на рис. 1 приведены в сопоставимых ценах, включая физические объемы экспорта и импорта товаров).

По одному лишь кварталу 2018 года расчеты делать пока преждевременно, его количественные показатели являются следствием сложившихся ранее тенденций и низкой базы начала прошлого года. Поэтому смотрим внимательно на 2017-й, когда маховик промышленного и экономического роста только-только набирал обороты, и можно проследить, как они зарождались.

Начнем с экспорта. Его доля в объемах реализации промышленной продукции республики составила в 2016 году 51,7%, в 2017-м — уже 55,4%.

Но это лишь отгрузка экспортерами своей продукции на внешние рынки. А еще есть предприятия, поставляющие экспортерам сырье, материалы, комплектующие, топливо и энергию. У этих поставщиков есть свои поставщики, а у тех — свои и т.д. Увеличивается реализация на экспорт — оживляется вся производственная цепочка.

Всего, если разворачивать всю цепочку до конца, в объемах промышленного производства Беларуси порядка 64% приходилось на экспортеров и связанных с ними поставщиков. Не так уж и мало, нужно признать.

Из этой цифры и темпов увеличения экспорта в 2017 году (8% прироста в сопоставимых ценах) несложно посчитать влияние на промышленную динамику. Это 5,1 процентного пункта из 6,1% прироста промышленного производства в 2017 году.

Таким образом, основной импульс промышленному росту, без сомнения, был оказан внешним сектором. Реализация на экспорт обеспечила 83,6% (соотносим 5,1 п.п. с 6,1%) промышленного роста страны в 2017 году.

Аналогичные расчеты дают нам цифры по влиянию внутренних факторов.

Наибольшее воздействие было оказано внутренними инвестициями в основной капитал — 8,2%.

О заработной плате как об обеспечившем промышленный рост факторе говорить не приходится. Внутренний потребительский рынок рос вяло, и его вклад в промышленную динамику был небольшим. В части покупок отечественных продуктов питания — 4,9%, в части покупок отечественных непродовольственных товаров — 3,3%.

Российский или нероссийский рынок

Российский рынок и мировой рынок нефти и продуктов ее переработки — два столпа, на которых стоит белорусский экспорт. В 2017 году на них приходилось 67,6% товарного экспорта, а до последнего кризиса в 2013 году — и вовсе 77,6%.

Из-за такой высокой доли два этих рынка способны оказывать наиболее сильное влияние на динамику внешней торговли республики (не только положительное, но и отрицательное). Так оно и было в предыдущие годы.

Неудивительно, что наши аналитики не только внимательно следят за ситуацией с нефтяными ценами в России, но и автоматически связывают с ними любые сколь-либо значимые изменения в белорусской экономике.

Однако 2017 год стал в этом отношении исключением.

Физические объемы экспорта в 2017 году выросли на 8%. Это 1,9 млрд долларов в ценах 2016 года. Вклад в этот прирост российского рынка, исходя из рассчитанных «Белстатом» индексов, составил чуть более 0,5 млрд долларов. Основное влияние обеспечено рынком стран вне СНГ — 1,1 млрд долларов.

Из этих цифр несложно рассчитать влияние внешних рынков на прирост промпроизводства (рис. 3). Получается, что в 2017 году российский рынок обеспечил лишь около четверти промышленного роста Беларуси. Более значимым было влияние рынков стран вне СНГ.

Законный вопрос, почему основной для страны внешний рынок сбыта не стал основным драйвером промышленного роста?

Если очень тезисно, то российский рынок внес наибольший вклад в прирост экспорта продукции машиностроения, металлопроката и иных изделий из металла; шин, пластмасс и различных изделий из них; керамической плитки, отечественного легпрома и мебельной промышленности.

Но этот прирост был легко перекрыт другими рынками за счет калийных удобрений, достаточно высокой динамики сбыта продукции машиностроения на рынки остальных стран СНГ, продукции деревообработки, причем по таким позициям, как ДСП и ДВП, а не только продольно распиленная древесина и тара, как было раньше; широкой номенклатуры строительных материалов, начиная с цемента, изделий из бетона и заканчивая утеплителями.

И, конечно же, нельзя не упомянуть о продовольственной группе. Серьезно просели в тоннаже поставки в Россию молочных продуктов (на 7,5%), сырого мяса (на 9,7%), сахара (на 19,6%), мукомольно-крупяной продукции (в 1,5 раза), свежих фруктов (в 2 раза). Эти объемы были переориентированы на другие рынки, в первую очередь остальных стран СНГ.

А что с ценами?

С ценами гораздо более интригующая ситуация. Если прирост физобъемов экспорта обеспечил увеличение валютной выручки на 1,9 млрд долларов, то за счет повышения цен долларовый поток увеличился на 3,8 млрд долларов.

Однако как через экономику Беларуси прошли эти деньги? Если увеличение физобъемов отразилось в приличном приросте статистических показателей, то почему мы не заметили более значимого объема за счет цен?

Перераспределение через обменный курс белорусского рубля

Укрепление обменного курса белорусского рубля было небольшим (с 1,9876 руб. за доллар в 2016 году до 1,9324 руб. за доллар в 2017-ом), но экспортеры, переводя валютную выручку в белорусские рубли, не досчитались приличных денег. В эквиваленте это 0,8 млрд долларов.

Эти деньги не были учтены белорусской статистикой в показателях в белорусских рублях, но никуда не пропали. На соответствующую сумму подешевел импорт. Неявно через обменный курс произошло перераспределение от экспортеров к импортерам.

Изменение цен на сырьевые товары

Основной прирост валютной выручки от повышения цен был обеспечен по экспорту промежуточных товаров — 2,6 млрд долларов. А на оплату подорожавших импортных промежуточных товаров экономика потратила те же 2,6 млрд долл.

Одной рукой экономика заработала, другой рукой столько же потратила. Эти деньги мы увидели лишь в увеличении издержек и номинальных показателей. Реальные остались на прежнем уровне.

Этот инфляционный рост мы ощутили тоже не в полной мере.

Во-первых, благодаря укреплению обменного курса, который на 3% компенсировал удорожание импортного сырья и материалов, что и способствовало достижению исторически низких показателей по инфляции.

Во-вторых, большая часть этого удорожания произошла по ценам импортируемых энергоресурсов, так называемой 27-й товарной группы «Топливо минеральное, нефть и продукты их перегонки» и в основном была переложена на экспортные цены.

Стоимость импорта по этой статье увеличилась на 2,3 млрд долларов, экспорта — на 2,1 млрд долларов. Это включая импорт российской сырой нефти, природного газа, с одной стороны, и экспорт собственной сырой нефти, нефтепродуктов, битумных смесей, с другой.

Соответственно, как бы кому ни хотелось, но тезис о прямых выгодах белорусской экономики от роста мировых цен на нефть по 2017 году не подтверждается.

Здесь мы не обсуждаем договоренности Беларуси и России об изменениях в распределении вывозных пошлин на нефть и нефтепродукты. Это больше вопросы балансировки государственного бюджета в условиях выплаты накопленных ранее долгов и поддержания золотовалютных резервов. Они не имеют прямого отношения к повышению мировых цен на нефть.

Изменение цен на готовые инвестиционные и потребительские товары

Стратегию Беларуси в 2017 году по торговле готовыми инвестиционными и потребительскими товарами можно сформулировать очень лаконично — свое продали подороже, себе на эти деньги купили по хорошим ценам и побольше.

Увеличение стоимости экспорта этих товаров (на 1,7 млрд долларов) было в основном обеспечено за счет цен (на 1 млрд долларов). А при покупке импорта лишь 0,2 млрд долларов было израсходовано на оплату удорожания и 1,7 млрд — на увеличение объемов.

Здесь нет никакого криминала. Просто больше всего в регионе дорожали продукты питания — традиционная наша экспортная позиция. На этом фоне даже проседание тоннажа в Россию осталось почти незамеченным (цены перекрыли падение объемов).

А закупала Беларусь в основном инвестиционные и непродовольственные потребительские товары. По ним конкуренция на мировом рынке более интенсивная и цены не так подвержены колебаниям.

Есть здесь и минусы. Рост импорта был спровоцирован не только повышением доходов, но и укреплением белорусского рубля. Импорт по многим позициям либо подешевел, либо имел минимальный рост цен на фоне продолжающейся внутренней инфляции.

Как следствие, прирост доходов белорусы тратили сперва на импорт. Его доля выросла в структуре потребительских расходов, а влияние розничного рынка на отечественное производство, как мы видели выше, было слабым.

А что в 2018-м?

Вся эта история с новой волной роста началась еще в 2016-м. Уже с начала года динамика сбыта на российский рынок демонстрировала увеличение реальных объемов.

Но одного лишь российского рынка оказалось недостаточно. Уверенный рост по экспорту в целом начался в третьем квартале после перелома тенденций на рынке вне СНГ.

Ситуация с ценами начала меняться чуть позже. К четвертому кварталу 2016 года российский рынок лишь остановил падение средних цен белорусского экспорта. И только в первом квартале 2017 года перелом тенденций на рынке вне СНГ вывел динамику в положительную плоскость.

Изменение ситуации с внешним спросом в III квартале 2016 года обеспечило положительные темпы в промышленности к IV кварталу (табл. 1).

В свою очередь, рост промышленного производства и положительные темпы внешнеторговых цен улучшили финансовое состояние предприятий. В I квартале 2017 года был зафиксирован резкий рост полученной предприятиями прибыли. И в этом же квартале реальная заработная плата после падения восстановила положительную динамику.

В следующем II квартале импульс перешел на внутренний рынок. На положительные темпы вышли розничный товарооборот и инвестиции в машины, оборудование, транспортные средства. А спустя квартал (в III квартале 2017 года) — и сфера услуг в целом.

Дальше всех в этой цепочке оказалось строительство. Положительной динамики оно достигло лишь в IV квартале 2017 года.

Таким образом, импульс от внешнего сектора через промышленность поэтапно распространился на всю экономику Беларуси и к I кварталу 2018 года был раскручен весь маховик экономического роста.

Собственно, этим объясняются наблюдаемые сейчас более высокие темпы в промышленности и экономике в целом. В 2017 году факторы внутреннего рынка действовали не весь год, подключались поэтапно. А в 2018 году уже все они работают в полной мере. В том числе строительство, которое по 2017 году в целом сохраняло отрицательное влияние.

И что дальше?

Экономика страны — это, как мы увидели, достаточно тяжелая инерционная машина. Ее сложно вытолкать из пропасти отрицательных темпов. Еще сложнее сделать так, чтобы она, покатившись и ускоряясь, не опрокинулась на ходу, двигалась в нужном направлении.

Передавишь с внутренними факторами — зарплатой, инвестициями — вылетишь в отрицательное внешнеторговое сальдо, рост внешнего долга и закончишь валютным кризисом образца 2011 года.


Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Стабильность — одна из главных целей экономической политики. Это базовое условие существования экономики, как и правила гигиены для каждого из нас. Здесь не может быть никаких сомнений, должна поддерживаться соответствующая культура. И знаний у нас уже хватает, чтобы это обеспечить, не только теоретических, но, к сожалению, и практических.

Однако у нас все время говорят только об этом. Понятно, обжегшись на молоке, дуют на воду. Складывается даже впечатление, что наши экономисты, как и военные, все время готовятся к «прошлой войне».

Но есть еще и вторая очень важная цель экономической политики — экономическое развитие как таковое. Тоже со своими рисками.

Не задействуешь весь потенциал экономического роста — отстанешь от соседей по темпам и качеству развития, по зарплате и станешь статистом в оттоке людей за рубеж и падении рождаемости в стране.

Сейчас не только Беларусь, но и весь мир выходит на новую волну промышленного и экономического роста. По итогам четвертого квартала 2017 года мировая обрабатывающая промышленность разогналась до 4,7% (по данным Организации Объединенных Наций по промышленному развитию).

Российская экономика пока запаздывает, но западные наши соседи демонстрируют хорошую динамику.

Промышленное производство в Литве выросло за 2017 год на 6,7%, в Польше — на 6,9%, в Латвии — на 8,5%.

В конце 2017-го Европейский союз обогнал среднемировые темпы (4,9%), чего не наблюдалось с первого квартала 2011 года.

Это, с одной стороны, стимулирование белорусской экономики, что прослеживается по росту экспорта промежуточных товаров. Но, с другой, новые вызовы для нас — усиление конкуренции за потребителя, за рабочую силу, что мы видим по активности наших граждан в поездках «на закупы», а в последнее время — и на работу в эти страны.

В нынешних обстоятельствах необходима новая дискуссия о путях нашего развития. Переход от тактики выживания к стратегии, ориентированной в будущее, в новое качество экономического роста.

Этот подробный рассказ о факторах, о рынках сбыта, о достаточно благоприятных для нас условиях был лишь для того, чтобы показать отличия сегодняшней ситуации, новые возможности и вызовы, расставить точки над нашим белорусским «i» и начать принципиальный разговор об экономическом развитии.

Приведенные выводы — лишь основные для начала широкой дискуссии. С более полным, ориентированным на специалистов описанием методики расчетов и полученных результатов можно будет ознакомиться во втором номере Белорусского экономического журнала.

Источник

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

*

code